C G C
Чтоб позабыть печаль и дать душе согреться,
A7 Dm
вы воскресите древний дух эпикурейства
G C
и, умоляю вас, не слушайте аскета,
Dm G
который учит: наслажденье - это грех.
Нам надо лечь вокруг стола в красивых позах,
по кругу чашу с лепесками чайной розы,
и слово дать благословенному поэту -
пусть пояснит, насколько прав был древний грек.
Любое чувство, в нас возникшее священно,
когда его не доводить до пресыщенья,
когда ему ни в чем не создавать преграды,
когда постичь: не только вкусом сладок плод.
В нем аромат и легкость головокруженья,
в его срывании изящество движенья.
И все, чем души наши сказочно богаты,
тогда свободно проникает в нашу плоть.
И мудрость светится, как голая коленка,
что наслажденье не в цветах, а в их оттенках,
не в обнаженности - в отточенности чувства,
так от картины отличается эскиз.
И жизнь меняется легко, в одно мгновенье,
и сразу похоть обернется вдохновеньем,
и грех возводится на уровень искусства
так, что художники хватаются за кисть.
И мы ложимся вкруг стола в красивых позах,
и в чаше плавают бутоны чайной розы.
Ну и, конечно же, не слушаем аскета -
он не оценит прелесть линий и фигур.
И этот пир не превратится в вакханалью:
он идеален. Потому и нереален.
Ну а все то, что мог бы нам поэт поведать,
давным-давно поведал миру Эпикур.
